Бирма: путешествие вглубь страны

Перед путешественником, который провел несколько дней в Рангуне и хочет продолжить знакомство с Бирмой, встает типичный российский вопрос: "Что делать?" Немногие западные туристы, решившиеся посетить сегодняшнюю Бирму, обычно отправляются из Рангуна в Мандалай - второй по величине город страны. А какой путь избирали наши предшественники, посещавшие Бирму в XIX столетии?

Одним из них был выдающийся русский буддолог Иван Павлович Минаев (1850-1890 гг.), побывавший в Бирме в 1886 году. Осмотрев буддийские монастыри в Рангуне, он отправился в Проме - старинный город, лежащий к северо-западу от столицы тогдашней Нижней Бирмы.

Основанный в среднем течении Иравади, Проме был известен как столица княжества Пью с 5 по 9 вв. до н. э. На современной карте Бирмы можно встретить двойное название этого города: Пьи или Проме, как называли этот город англичане. В окрестностях Проме сохранились остатки городских кирпичных стен, храмов, пагод: Паяма, Паяджа; наиболее ранняя из них - Бабаджи, 7 в. Это все, что можно почерпнуть о Проме из путеводителя по Бирме. Сегодня Пьи - провинциальный город, куда только начинают тянуться туристские тропы.

Какие средства передвижения существовали в Пью? Летописец китайской династии Тан (618-907 гг.) сообщает об одном из них: "Когда король Пью выезжает в своем паланкине, он возлежит на златотканом ложе. На далекие расстояния он выезжает на слоне". Но в эпоху владычества англичан с королевским правлением в Нижней Бирме было покончено, и из Рангуна до Проме И. П. Минаев добирался поездом. Русскому путешественнику повезло: за 10 лет до его приезда в Бирму англичане построили железнодорожную ветку Рангун - Проме (259 км), первую в стране (1877 г.). Итак, выбор сделан: отправляюсь по следам Минаева, и если повезет, то можно будет сравнить его впечатления об увиденном с сегодняшней ситуацией в стране.

Гостиница "Солнечный цветок" (Sun flower inn), где ютится скромный туристский люд из разных стран, расположена недалеко от железнодорожного вокзала. Чтобы дойти до него, нужно миновать "обжорные ряды" - целую вереницу придорожных харчевен, фруктовые ряды, мелкие мастерские с полуголыми ремесленниками. Дорога выводит на площадь, где высится здание вокзала. Оно выглядит довольно прилично, но с некоторым налетом трущобности, - ведь вокзал выстроен в 1954 году. Когда-то он был гордостью столицы - как никак - главный вокзал страны. Здание украшено 4 башнями: они напоминают башни цитадели в Мандалае, каждая из которых увенчана ажурной деревянной пагодкой "пьятта".

Те, кто бывал в Индии и брал билет на поезд, знает, что это такое. А кто не бывал, может вспомнить отечественные железнодорожные кассы в разгар летнего сезона. Но на вокзале в Рангуне гостей ждет сюрприз: здесь есть специальная касса для иностранных туристов, со "спец"ценами, - они раз в пять выше обычных. Зато не видно, а только слышно, как в соседнем зале гудят длинные шумные очереди. Вежливый кассир, получив чеки-доллары, выдает билет для проезда в "верхнем" (upper) классе. До отхода поезда еще есть время и можно не торопясь вернуться в гостиницу, чтобы перечитать выписки из дневника И. П. Минаева, посвященные его путешествию по железной дороге.

"Поезд, как обычно, содержит великолепные вагоны 1 и 2 класса для англичан и грязные, решетчатые, маленькие вагоны для туземцев, к тому же - битком набивающие их", - отмечал русский буддолог в 1886 году. Что же, посмотрим, что мы имеем на сегодня.

...Выйдя на платформу, ищу свой вагон. Все они почему-то без номеров. Выручает дежурный по станции и показывает на "литерный". Вхожу в свой "верхний класс": он устроен как наши вагоны межобластного сообщения. Однако здесь все, что можно выломать и ободрать - выломано и ободрано. Похоже, что в вагоне действует система "1 через 1". Жалюзи, защищающие пассажиров от солнца, утрачены наполовину; вентиляторы вырваны из потолка через один, а те, что остались - работаю тоже через один. Единственное достоинство вагона "люкс" - в нем просторно. С одной стороны вдоль стены по два мягких сиденья, с другой - по одному. (Для сравнения: в соседнем вагоне "ординарного" класса - два жестких деревянных сиденья с каждой стороны.) И еще одно преимущество: в нашем вагоне на продавленных сиденьях разложены пледы-накидки.

Когда-то железнодорожная линия Рангун - Проме была магистральной, но теперь она утратила свое значение, уступив первенство трассе Рангун - Мандалай. Отсюда и царящая в вагонах "вторая категория свежести".

Вскоре Рангун остается позади и начинается сельская идиллия. Крестьяне серпами жнут желтеющие стебли риса, с помощью буйволов обмолачивают его, тут же просеивают на больших решетках, укрепленных на высоких треногах. Наш путь пролегает параллельно Иравади, но на значительном от нее удалении. Гораздо ближе - текущая восточнее нее река Мьимакха, и наш "экспресс" то и дело громыхает по мостам, переброшенным через ее притоки. Мало что изменилось в здешнем сельском пейзаже за истекшее столетие. В начале XX в. здесь проезжал еще один русский путешественник - А. М. Жирмунский. Геолог по профессии, он был и талантливым журналистом. Его перу принадлежит книга путевых очерков "Вокруг Азии" (М. 1914). Глядя из окна поезда на проплывающие пейзажи, Жирмунский писал: "Поля, поля и поля... Что-то, напоминающее Россию: бесконечная равнина; пестрые пятна жнецов; стаи коршунов в высоте и белые капустницы над лугами; соломенные крыши избушек и длинные ряды подсолнечников. Но - наряду с родными - другие чуждые, непривычные штрихи: горбаты волы; буйволы с широкими раскидистыми рогами; заросли кактусов и пальмы по краям полей; обилие журавлей и голубые вороны; деревни, обнесенные оградами, густо заросшими лианами, избы на высоких сваях. А главное - пагоды, пагоды без конца: золотистые, белые и темные, почерневшие от времени... Таковой представляется из окна железнодорожного вагона долина реки Иравади".

На здешних железнодорожных станциях сохранились приметы прошлого: колокола, возвещающие об отправлении поезда, семафоры. Правда, на станциях названия только на местном языке, но беспокоиться не стоит, - ведь Проме (Пьи) - конечный пункт и пропустить его невозможно. Ходовая часть нашего "экспресса" изношена до предела, и через каждые несколько минут возникает эффект резонанса: вагон начинает раскачиваться вдоль и поперек. Такое ощущение, что сидишь в седле и участвуешь в скачках с препятствиями. Узловая станция Лепандам. Отсюда отходит боковая трасса, ведущая к городам Хинтада (Хензада) и Патэйн (Бассейн). Наш поезд стоит рядом с "подкидышем". Это два вагона, влекомые дизелем. Они доставят местных пассажиров до левого берега Иравади. Потом сельский люд на пароме переправится через реку, чтобы продолжить свое путешествие до райцентров на стыковочной "кукушке". В этом сельском поезде вдоль стен длинные сиденья, как в старых трамваях, где пассажиры сидят напротив друг друга, лицом к лицу. Впрочем, лица трудно различимы, потому что оба вагона набиты до отказа, а те, кому не досталось места внутри, устроились со своими мешками на крыше.

По вагонам все время снуют лоточники, - это свои, "фирменные" разносчики воды, фруктов, сладостей. Но на остановках у них появляются конкуренты в лице сельских продавцов, которые стараются краткость отпущенного им времени возместить громкими криками, рекламируя свой товар. Но есть и особый вид сервиса: он бесшумен и ненавязчив. На уровне открытого окна появляется кувшин, стоящий на подносе; сбоку висит кружка. Жаждущий пассажир зачерпывает воду и, выпив ее, кладет деньги на блюдо. Кувшин с подносом движется дальше, вдоль перрона. Но это не самоходный кувшин, - он стоит на голове молодой бирманки, которая медленно, с горделивой осанкой, шествует вдоль вагонов, обслуживая пассажиров "бесконтактным" способом.

После захода солнца быстро темнеет, и проводник включает в вагоне свет. Вот как это делается: встав на сиденье, он соединяет оголенные концы проводов, после чего люминесцентная лампа начинает мигать. По закону "1 через 1" загорается лишь каждый второй светильник. Но, впрочем, ехать осталось недолго: вот поезд подходит к перрону, и пассажиры выходят из вагонов. Проводник, следуя за ними, тут же снимает накидки с кресел, но не через одно, а со всех подряд. У каждого закона есть свои исключения...

"16 января 1886 г. Проме. Поезд пришел сюда часов в шесть утра",3 записал И. П. Минаев в своем дневнике. Нынче шесть часов вечера, но, независимо от времени приезда, первым делом надо идти на поиски гостиницы. Проме поражает своим спокойствием, патриархальностью. После шумного Рангуна здесь непривычно тихо. Машин почти нет, велорикши позванивают на ходу, а лошадки, запряженные в брички, цокают копытами по мостовой.

С размещением в гостинице сегодня проблем нет. Листаю английский справочник "Вся Бирма". Здесь есть довольно приличный отель "Мьянмар" и много других. Но в сумерках приходится выбирать то, что ближе. Прямо напротив железнодорожного вокзала вижу вывеску: "Отель Со Пья" (Saw Pya). Какая у него репутация? В справочнике читаем: "Несколько лет тому назад путешественники сообщали о некоторых трудностях с размещением в этой гостинице. После того как они платили за номер, местные власти приказывали им срочно возвращаться в Рангун, поскольку где-то недалеко замечены повстанцы". "Нынче, - сообщается далее, - можно легко посетить Пьи, так как он считается "безопасным от повстанцев".

Что же, путешествующим по Бирме к этому не привыкать. Например, И. П. Минаеву не довелось побывать в окрестностях Мандалая, поскольку в 1886 году там "шалили" повстанцы- дайкоты. А после военного переворота 1988 г. хунта "замиряла" противников режима по всей стране, в том числе и в Проме.

Проме (Пьи) - один из немногих городов страны, где нет жестких интуристовских ограничений. Поселяюсь в странноприимном доме -"заяте", расплачиваюсь не валютными чеками, а обычными кьятами, правда, берут дороже, как с иностранца. Но интерьер комнаты соответствующий; здесь мало что изменилось со времен Минаева. "Эти дак-бангалоу - решительное наказание, - писал русский буддолог. - Грязь страшная и цены ужасные. Постельное белье в ночь Re 1. А белье состоит из одной простыни, даже одеяла не дают".4 Все так...

С утра начинается осмотр города. Его духовным центром является пагода Швезандо (Shwesandaw). "Положение города очень красивое. Кругом холмы, покрытые тропической растительностью, - записал И. П. Минаев в своем дневнике. - В три часа отправился в Швезан-дау, т. е. к ступе золотого волоса (Будды - авт.). Ступа выстроена на холме, окружена массою различных построек. В некоторых местах стоят столбы с надписями, т. е. на них изображены буквами день и животное - символ этого дня. Это как бы указание для того, кто родился в этот день: здесь он должен молиться и приносить жертву, - иначе цветы и проч."5 Сегодня здесь кое-что изменилось. При подходе к огромной ступе Швезандо в глаза бросается бетонная махина лифта-подъемника, ведущего к ее вершине. Конечно, отцы города хотели сделать благо для немощных паломников, но уж очень безобразно выглядит это Г- образное бетонное сооружение на фоне изящной ступы. Да и паломники по-прежнему предпочитают восходить наверх пешком. Кто же сегодня пользуется подъемником? Взойдя на верхнюю площадку пагоды, вижу, как открываются створки лифта. Оттуда выходят два офицера, какой-то чиновник с бумагами и парочка туристов-англичан. Но, к счастью, громадный лифт не может заслонить восхитительную панораму Проме (Пьи). С высоты птичьего полета видны белые пагоды на зеленых холмах, спускающихся к Иравади. Один из них украшен двумя огромными статуями Будды -лежащего и восседающего. Крошечными отсюда кажутся здания железнодорожного вокзала, гостиницы и конная статуя Аун Сана - борца за независимость Бирмы, убитого в 1947 году заговорщиками.

Около ста лет Проме (Пьи) находился под властью англичан, но первый захват города британские войска осуществили несколько раньше - весной 1825 года, во время первой англо- бирманской войны (1824-1826 гг.). В ходе одного из сражений 1 апреля 1825 г. английским снарядом был убит бирманский полководец Маха Бандула, после чего его армия бежала в беспорядке на север, и таким образом путь вверх по Иравади был открыт. При поддержке канонерок англичане поднялись до Проме и, взяв его (25 апреля), остановились там на период дождей.6 При поспешном отступлении бирманской армии от Проме здесь не были уничтожены хранилища зерна, и они достались англичанам.

Но уже в начале июля 1825 г. бирманские войска появились севернее Проме. 40-тысячная бирманская армия начала наступление на город; в середине ноября обе армии столкнулись в местечке Ветигоун в 20 милях от Проме. В этом сражении бирманские войска обратили англичан в бегство и преследовали их до самого Проме. Англичане потеряли только убитыми 250 человек.

Англичане жаждали реванша, и такая возможность появилась у них в ходе 2-й англо- бирманской войны (1852-1853 гг.). Их планы не содержали ничего необычного; в начале апреля 1852 г. газета "Русский инвалид" сообщала своим читателям о предполагаемом плане войны: "Экспедиция, вероятно, пойдет по восточному рукаву Иравади, чтобы избежать сопротивления на дороге в Рангун, где собрано 20000 бирманского войска. Английские войска пойдут в Пром".

Так оно и произошло. 9 июля 1852 г. английские войска, разрушив артиллерийским огнем городские оборонительные сооружения, вошли в Проме. Город был оставлен и бирманской армией, и жителями. Но на следующий день англичане пошли дальше, считая, что не следует распылять силы. Бирманская армия снова заняла Проме, после чего началась подготовка к обороне города. В Проме развернулось строительство укреплений, сюда было стянуто до 15 тысяч воинов. Английское командование, "прохлопавшее" город, со своей стороны тщательно занималось подготовкой к военным действиям - броску к Проме. Много внимания было уделено подготовке флотилии для перевозки войск вверх по Иравади. Были собраны самые различные суда - от крейсеров до местных лодок. Среди них были 72-пушечный корабль "Хейстингс", прибывший из Сингапура, и "Тенассерим" - один из лучших пароходов того времени.

При подготовке военной экспедиции в Проме англичане проводили испытания своих новых артиллерийских снарядов и орудий против деревянных бирманских укреплений, и оказалось, что снаряды не пробивают стен этих укреплений. В результате испытаний выяснилось, что хорошим средством для пробивания брешей в бирманских крепостях был лишь сильный пороховой взрыв.

К октябрю у англичан все было готово к походу на Проме. 9 октября 1852 г. на рассвете английская флотилия с 2300 человек на борту достигла этого города. Все 8 кораблей расположились перед его укреплениями и начали артиллерийский обстрел. С бирманских позиций почти не отвечали. Флотилия стала продвигаться вверх по реке, а войска начали высаживаться на берег. Бирманцы повели огонь более интенсивно. Но часть войск, которая к 5 часам пополудни закончила высадку, не встретив сопротивления, заняла северное предместье Проме и некоторые кварталы города. Утром 10 октября, когда высадились остальные войска, началось продвижение к пагоде Швезандо. Англичане полагали, что бирманцы, занимавшие там хорошие позиции на холмах, окажут сопротивление. Однако выяснилось, что бирманские войска отступили. Вскоре город был оккупирован англичанами.

Началась партизанская война; в октябре и ноябре 1852 г. из-за постоянных налетов бирманских повстанцев английским войскам пришлось посылать экспедиции в деревни под Проме. Был значительно увеличен гарнизон в самом городе. Партизанские отряды под командованием Маун Гаун Чжи в конце декабря - начале января 1854 г. активизировали свою деятельность в гористой местности к юго-востоку от Проме. В них насчитывалось около 6 тысяч человек. Против партизан была выслана карательная экспедиция во главе с капитаном Берри, которая попала в засаду и была разгромлена. Вскоре англичанам удалось загнать партизан Маун Гауна в горы; но когда английские войска ушли в Проме, он опять овладел северной частью района Таравади. Осенью 1854 г. борьба с Маун Гауном разгорелась снова. Основные силы этого известного партизанского вождя были разбиты англичанами лишь в 1855 г., однако его самого англичане так и не сумели захватить. Повстанческое движение еще долго не затухало; партизаны дважды сжигали английский пост в Проме - в апреле 1855 г. и в феврале 1856 г.

Итак, в 1852 г. Проме (Пьи) захватили англичане, а 6 лет спустя город был превращен в развалины землетрясением. В 1862 г. по его остаткам прошелся пожар. Однако все эти невзгоды чудом пощадили древний памятник буддийской культуры - окруженную 64 малыми пагодками величественную "золотую" пагоду Швезандо. Мы находимся не ее верхней площадке, у подножия ступы, куда стекаются многочисленные паломники. По своей величине и богатству она уступает лишь Шведагону в Рангуне. Ее позолоченное навершие украшено самоцветами и увешано колокольчиками.

Как и во времена И. П. Минаева, Проме остается одним из духовных центров бирманского буддизма. В том году, когда русский путешественник посетил Проме, шла 3-я англо-бирманская война (1885-1886), и в округе Проме партизанская борьба носила наиболее упорный характер. Это объяснялось традициями местного партизанского движения, восходящего своими корнями к годам второй англо-бирманской войны. Нужно ли говорить о том, что буддийские монастыри зачастую предоставляли укрытие преследуемым повстанцам? Традиции буддизма здесь укоренялись на протяжении многих столетий, и не случайно, что именно в Проме в сентябре 1920 г. собралась ежегодная всебирманская конференция Буддистской ассоциации молодежи.12 С верхней площадки пагоды Швезандо хорошо видно, как цепочка буддийских монахов в темно-вишневых тогах возвращается в свою обитель после сбора пожертвований. В руках у них - черные лакированные чаши, похожие на старинные русские братины. Блестит на солнце водная гладь Иравади. Когда-то в древности сюда поднимались индийские торговые суда. Во времена Минаева из Проме можно было добраться пароходом вверх по Иравади до самого Мандалая. Сегодня все расспросы о речном маршруте заканчиваются безрезультатно: никто не слышал от таких рейсах. Но, как бы то ни было, надо двигаться дальше. Впереди лежит древний город-памятник - всемирно известный Паган. Рельсы кончились, начинаются бирманские проселки...

1 Минаев И. П. Дневники путешествий в Индию и Бирму. 1880 и 1885-1886 гг. М. 1955, с. 45.
2 Жирмунский А. М. Вокруг Азии. Путевые очерки. Япония, Бирма, Индия, Египет. М. 1914, с. 45.
3 Минаев И. П., указ соч., с. 120.
4 там же, с. 123.
5 там же, с. 121.
6 Можейко И. В., Узянов А. Н. История Бирмы. М. 1973, с. 140.
7 Козлова М. Г. Английское завоевание Бирмы. М. 1972, с. 70.
8 "Русский инвалид", 12.4.1852.
9 Козлова М. Г., указ. соч., с 138.
10 там же, с. 139.
11 там же, с. 155.
12 Васильев В. Ф. Очерки истории Бирмы (1885-1947). М. 1962, с. 76.

Смотрите также

Спецпредложения авиакомпаний

04.12 Qatar Москва - Янгон от 29 355 руб
Подпишись на нашу рассылку
и получи подарок!

Анонс самых интересных материалов

Мобильное приложение "Отели" сэкономит время и деньги

Какие продукты и почему отбирают у туристов?

Как выбрать пляжный курорт в России: путеводитель, советы

8 правил выживания в постсоветском отеле

Страны безвизового или упрощённого въезда для граждан РФ

Таможенные правила ввоза алкоголя

Таможенные правила России

Виза в США - так ли это страшно?

Документы для биометрического паспорта