← Назад

Бронирования

← Назад

Куда поехать

← Назад

Визы

← Назад

Полезное

← Назад

Обмен опытом

← Назад

Популярные страны

← Назад

Европа

← Назад

Азия

← Назад

Америка

← Назад

Африка

← Назад

Австралия и Океания

По следам Ницше

"Я постоянно повторяю: Верхний Энгадин -- самое прекрасное место на свете. Я не так просто говорю о 'счастье', но думаю, я почти счастлив здесь", -- писал осторожный Томас Манн в июле 1950 года.

Спустя полвека с лишним я добирался в долину Энгадин через Цюрих. Самолет прилетел вечером, когда поезда в Санкт-Мориц уже не ходили. Триста километров пришлось ехать на машине, и доступными глазу оказывались фонари и огни домов, звезды над головой да выхваченные фарами деревья. Зато обратная дорога в Цюрих на знаменитом Glacier-Express с панорамными окнами вернула тот восторг, что испытываешь лишь перед океаном да в горах. Все сверкало и сияло на солнце, а внизу, под мостами и насыпями, изумрудилась вода в речках, озерах и похожих на бассейны водохранилищах, столь часто окружающих бесчисленные электроподстанции в горах.

Долина Энгадин находится неподалеку от итальянской границы. Местным языком считается ретророманский, но разговаривают на нем сегодня единицы. В ходу немецкий и итальянский (из Апеннин приезжает большая часть сезонных сотрудников в местные отели). Итальянскую фамилию носит и самый знаменитый художник долины -- Джованни Сегантини (1858-1899). Он был открыт всем веяниям эпохи, от символизма до дивизионизма (было такое стремление разложить свет на его спектральные части). Музей Сегантини стоит на склоне горы. Это характерный для 1900-х годов дом с куполом, построенный по проекту художника уже после его смерти (собственно, так должен был выглядеть его павильон на Парижской выставке 1900 года, но не случилось). В зале под куполом всего три картины (знаменитый цикл "Альпы"), а внизу постоянная коллекция либо выставка.

В каком-то смысле все осталось здесь неизменным за прошедший век -- и люди, и пейзажи... Если идти от домика Сегантини по склону вниз, то попадаешь к музею Энгадин, типа наших этнографических собраний, только интерьеры здесь не воссозданы по частям, а перенесены целиком. Причем есть и относительно свежие, вроде кухни XVI века, и совсем старые, как зала XIII столетия. На всем стоит дата -- и на шкафах, и на посуде, и чуть ли не на ночных горшках: так заботились о потомках, чтобы те помнили про связь времен. Попалась мне и кровать, очень узкая (чем ближе, тем теплее, объяснил смотритель), с нарисованным скелетом над нею. Лежишь себе и анатомию изучаешь. Хорошо хоть, что не по соседу.

Если оказаться в музее раньше других, то приходится проявлять настойчивость на грани настырности: не все двери в залах уже открыты, и потому надо механически поворачивать все ручки: вдруг что еще доступно? Иначе ведешь себя в легендарном отеле Санкт-Морица Badrutt's Palace, где все, что нужно, открывают швейцары, а что не нужно -- так уж держи себя в руках. Коллекция отеля может считаться вполне музейной -- точнее, это коллекция семейства Бадруттов, владеющих "Паласом". Бесчисленные средневековые скульптуры, сцены из жизни святых и фрагменты церковного убранства (говорят даже, что "Мадонна" -- оригинал, а не копия Рафаэля, но это навряд ли) украшают местные гостиные и бары, которые помнят Мерилин Монро и Чаплина, Грету Гарбо и барона Тиссена, Ницше и Юла Бриннера. Любила Badrutt's и русская знать -- Юсуповы, Трубецкие, Долгоруковы. Но и сегодня русские составляют десятую часть клиентов -- правда, отчего-то они редко попадались мне в коридорах. Видимо, плескались в бассейне или пропадали в спа Даниэлы Штайнер, разместившемся в нижнем этаже. А может, и кружили в вертолете в горах. Я тоже сел в скромную по виду птицу, чтобы подняться к Питц-Палю -- горе, вошедшей в историю кино. В 1929-м кинорежиссер Георг Пабст запечатлел альпинистские страсти вокруг горы и буйство ветров и снега в ленте "Белый ад Питц-Палю" с очаровательной в ту пору Лени Рифеншталь, а теперь вот за четверть часа сюда поднимаешься, не ободрав пальцев. И вид на розовом закате...

Неподалеку от Санкт-Морица -- самая знаменитая деревня Энгадин Силс-Мария. Когда-то в ней перебывали все европейские интеллектуалы, от Германа Гессе до Жана Кокто. Не только потому, что в Силсе много лет работал Ницше -- просто деревня симпатичная и окрестности хороши. Но сегодня именно домик Ницше привлекает сюда туристов в первую очередь. В книжной лавке при музейчике можно углубиться в тексты философа (на трех языках), а при желании и снять одну из двух комнаток для работы. Минимум на неделю, удобства на этаже, обстановка спартанская -- чем не повод написать "Веселую науку"? Или проникнуться истинным положением вещей в мире: "Требование взаимности не есть требование любви, но тщеславия и чувственности".

Но мне вдруг взгрустнулось в сумерках перед домиком Ницше. Снег еще лежал перед белыми стенами, и в стороне торчала метла. Надо же, думал я, направляясь от дверей куда-то вверх по тропинке, насколько места подобны отношениям. Только кажется, что сейчас будешь счастлив, как уже пора расставаться! И никто не подарит тебе лишней минуты, дня или года. Или надо все же настаивать на своих желаниях, отбирая у работы право на свидание и минуту неги, проводя время с кем хочется, а не с кем надо. Там, где сумерки сливаются со стеною дома. Где еще из-под надвинутой шляпы прохожего мелькнут такие знакомые обвислые усы?

Окрестности -- едва ли не самое интересное во всех поездках, они расширяют горизонт и дарят лишней свободой. В Цуоце (полчаса от отеля) меня не столько дивные фасады поразили, сколько тюрьма XVI века. Осужденные ждали здесь по полгода епископа, который с шествием регулярно проходил через Цуоц, а заодно и судил виновных. Их держали по шесть человек в подвале три на три метра, без света, среди крыс и пауков. Получив ключ от тюрьмы в местном турбюро, я тоже полез вниз. И чуть не застрял на лестнице из-за карманов куртки, набитых всякими проспектами, фотоаппаратами и прочим хламом путешествующего.

Когда в 1864 году в Санкт-Мориц прибыли первые четыре туриста (как обычно, ими оказались англичане), у них явно с собой было всего меньше, да и в деревеньке жило чуть более 250 человек. Сейчас -- около пяти тысяч, и еще столько же гостей приезжают сюда ежегодно. От монакской принцессы до короля Швеции -- все находят здесь приют. Комфорт и впрямь соответствует качеству ("Палас" -- одно из самых дорогих мест в Европе), а ресторан отеля развеял все мои сомнения в отельной кухне. Быть может, вид из окна лучше лишь в гастрономическом ресторане Mathis Corviglia на горнолыжной станции (говорят, здесь продают больше всего икры в мире, но я лишь на черные трюфели западал).

Для избранных гостей устраивают ужин в винном погребе Badrutt's, среди 550 видов вин и 60 с лишним тысяч бутылок (как обычно, самое дорогое вино -- приближающийся к 10 тысячам франков Lafite Rothschild 1900 года -- недавно откупорил русский). Среди мерцающих свеч и мотыльками порхающих официантов приятно пообщаться с сомелье, обаятельным французом Орельеном Бланом. Пару лет назад он стал лучшим молодым сомелье Франции, а сейчас готовится к европейскому конкурсу -- и именно из-за обильного выбора в Badrutt's приехал сюда из Дижона, где предпочитают все же родные французские вина. А в Санкт-Морице есть все, от чилийских до новозеландских.

Обычный же зал ресторана Badrutt's Palace, скромно называемый Le Restaurant, поскольку отмечен многими кулинарными гидами, единственный на моей памяти отельный ресторан в мире, где показывают оперы. Причем в неплохом исполнении. Так, в июне здесь прозвучит моцартовская "Мнимая садовница". Но лучшие оперы, конечно же, в самом Цюрихе. Куда мне и было пора. Карамзин называл его "Цирих"

"С отменным удовольствием подъезжал я к Цириху, -- пишет автор 'Писем русского путешественника', -- с отменным удовольствием смотрел на его приятное местоположение, на ясное небо, на веселые окрестности, на светлое, зеркальное озеро, и на красные его берега..." Сегодня-то берега застроены -- и неподалеку от того места, где жил Карамзин, стоит роскошный отель Baur au Lac. В историю музыки он вошел тем, что с 16-го по 19 февраля 1853 года Вагнер полностью исполнил здесь фортепианную транскрипцию "Кольца нибелунгов", причем сам играл, напевал, а то и переходил на прозу (сейчас Baur au Lac знаменит дружбой с цюрихской оперой, совместно с которой устраивает оперные балы). Только что парижское издательство Flammarion выпустило биографию отеля на немецком, французском и английском (как только мне книгу пришлют, расскажу о ней отдельно). Но попал я сюда скорее случайно: Baur au Lac, вместе с санкт-морицевским Palace, предлагает гостям единый пакет, позволяющий неплохо сэкономить: пять дней -- в горах, уикенд -- в Цюрихе. Иначе как протиснуться в ряды постоянных клиентов, что останавливаются здесь из поколения в поколение? Портье их даже по голосам узнают, когда те звонят заказать номер. А таковых две трети от гостей.

Разрабатывая собственный голос для будущих звонков консьержу, я посвятил пару дней музыке и музеям. Благо от Baur au Lac всюду близко: до музея Ритберга минут двадцать прогулки по берегу, до оперы -- десять, а до Tonhalle и вовсе пять. Концертный зал оказался в двух минутах от отельного ночного клуба, и выступают в его старинных стенах (с неказистым, надо сказать, современным фасадом) мировые звезды -- от дирижера Франса Брюггена до скрипачки Виктории Мулловой. Мне, правда, полюбился утренний концерт в воскресенье. Он начинается ровно без четверти одиннадцать, и касса закрывается минута в минуту: все ж таки Швейцария, где точны не только часы, но и люди. Зато как приятно под наливающееся солнце внимать Баху и Филду, Мартину и Моцарту! А потом можно пройтись по старому городу, зайти в дом литературы Strauhof на Аугустинергассе -- я посмотрел экспозицию о маркизе-издателе Фельтринелли (том самом, что "Живаго" опубликовал). А в Helmhaus, где выставка молодых художников Цюриха, я играл в настольный теннис и качался на качелях -- это тоже оказалось искусством. Вообще арт-жизнь в Цюрихе бьет ключом. В выставочные залы превращают и электростанции (Haus Konstruktiv с интересными современными экспозициями), и пивоварни. Причем в последней помещается не только Кунстхалле с Музеем современного искусства Migros, но и с десяток галерей и неплохой книжный магазинчик.

Многие воспринимают Цюрих как город деловых людей, но редко где еще встретишь в Европе такую концентрацию культуры на расстоянии буквально вытянутой руки. Почти всюду я ходил пешком. Лишь в ту пивоварню на Limmatstrasse, 270, ездил да коллекцию Бюрле тоже на трамвайчике навещал. От путей шел потом к Бюрле вверх, мимо домов и по мостику над электричкой, потом по проулку, пока не попал на сверхбуржуазную улицу, составленную из особняков и "феррари". И тут в одной из неприметных вилл обнаружил музей, полный Пикассо и Модильяни, Дюфи и Ренуара, Сезанна и Гойи. Одного только Ван Гога семь картин, а Гогена -- пять! Всю эту роскошь Эмиль Бюрле начал собирать до войны, став обладателем одной из самых эффектных коллекций. Открыта она лишь три дня в неделю, включая воскресенье.

Уже в трамвае я перечитывал Карамзина: "Я слыхал прежде, будто в Швейцарии жить дешево; теперь могу сказать, что это неправда, и что здесь все гораздо дороже, нежели в Германии: на прим. хлеб, мясо, дрова, платье, обувь и прочия необходимости. Причина сей дороговизны есть богатство Швейцаров". "Приятно, что богатства здесь не прячут -- ни материального, ни духовного", -- тщетно объяснял я контролеру, пытавшемуся выудить из меня трамвайный билет.

Смотрите также
Подпишись на нашу рассылку
и получи подарок!

Анонс самых интересных материалов
Мобильное приложение "Отели" сэкономит время и деньги

Мобильное приложение "Отели" сэкономит время и деньги

Какие продукты и почему отбирают у туристов?

Какие продукты и почему отбирают у туристов?

Как выбрать пляжный курорт в России: путеводитель, советы

Как выбрать пляжный курорт в России: путеводитель, советы

8 правил выживания в постсоветском отеле

8 правил выживания в постсоветском отеле

Страны безвизового или упрощённого въезда для граждан РФ

Страны безвизового или упрощённого въезда для граждан РФ

Таможенные правила ввоза алкоголя

Таможенные правила ввоза алкоголя

Таможенные правила России

Таможенные правила России

Виза в США - так ли это страшно?

Виза в США - так ли это страшно?

Документы для биометрического паспорта

Документы для биометрического паспорта