"Издалека здание выглядит как арабеска..." Шатобриан

Вот он - один из самых прекрасных ренессансных замков Долины Луары. Местность, на которой он возвышается, принадлежала в Х веке графам Блуа, Шампани и Шатийона. В 1392 году она была приобретена Людовиком Орлеанским. Когда герцог Орлеанский взошел на трон под именем Людовика XII, домен стал собственностью французской Короны. Этот элегантный замок был построен кузеном и преемником Людовика XII - Франциском I, который в 1515 году в возрасте 20 лет стал королем Франции. Его очень привлекала личность Лоренцо Великолепного, крупного политика и щедрого флорентийского мецената. После взятия Милана Франциску I посчастливилось увидеть архитектурные шедевры Северной Италии и тогда же он пригласил во Францию Леонардо да Винчи. Страстное желание короля увидеть здание, которое могло бы соединить в себе стиль итальянского Возрождения с традиционным французским стилем было удовлетворено лишь частично с реконструкцией замка Блуа Леонардо да Винчи в 1517 году работал над проектом замка, который так никогда и не был осуществлен; в 1519 году он умер в Кло-Люсе вблизи Амбуаза. В этот же год были начаты строительные работы по возведению здания, предназначавшегося для того, чтобы стать украшением охотничьего поместья Шамбор. Старинное крепостное сооружение было снесено, чтобы уступить место новому замку. В строительных работах по возведению и дальнейшему расширению здания, начатых с 1526 года, было занято более 1800 человек. Имя архитектора, создавшего этот проект, до нас не дошло, но анализ каркасных сооружений обнаруживает огромное влияние Леонардо да Винчи и явное сходство с некоторыми разработками Доменико да Кортона. Во время своего пребывания во Франции в правление Карла VIII Доменико да Кортона выполнил в дереве макет замка с квадратным донжоном и с большими крестообразно расположенными залами, разделявшими каждый этаж на четыре сектора с идентичными апартаментами. По проекту на одной из линий креста была расположена лестница с прямыми маршами, соединявшая все этажи. Жилой корпус замка Шамбор кажется очень похожим на этот макет замка и таким образом имеет все основания относиться к итальянской архитектуре классического направления. План в форме креста не использовался со времен античности, и только Браманте сумел возродить его к жизни в 1507 году в базилике Св. Петра в Риме. В кессонированном потолке также чувствуется влияние этого выдающегося памятника церковного зодчества. Разделение этажей на самостоятельные, но идентичные апартаменты свидетельствует о сильном влиянии тосканских вилл той эпохи, тогда как большие террасы и великолепная винтовая лестница, помещенная в центре крестообразно расположенных залов, обнаруживают влияние стиля Леонардо да Винчи. Этот тип лестницы, хотя и имеет отношение к средневековой традиционной схеме, отличается от нее своим оригинальным разделением на два, не соединяющихся друг с другом витка с многочисленными открытыми проемами по рукавам коридоров. Другая связь с французской средневековой традицией выражена в угловых башнях жилого корпуса, органично включенных в здание. Работы продолжались в течение многих лет; в 1537 году был закончен жилой корпус, а в 1540 году построено два этажа в крыле с королевскими апартаментами, нижний этаж крыла с капеллой и стены прилегающих служебных построек; и только в 1547 году после смерти короля было закончено строительство крыла с королевскими апартаментами. В это же время капелла была возведена на уровень второго этажа, 12 лет спустя к ней был добавлен третий этаж, но здание оставалось без кровли вплоть до 1684 года. Жилой корпус являлся резиденцией двора; на каждом из трех его этажей находились крестообразно расположенные залы, в которых протекала повседневная жизнь обитателей замка. На третьем этаже в залах с кессонированными и сводчатыми потолками устраивались балы. В секторах, разделенных перекладинами креста, размещалось по четыре апартамента на каждом этаже, а четыре других находились в угловых башнях. Апартаменты включали в себя одну большую залу той же высоты, что и этаж, и две другие комнаты - спальню и гардеробную, над которыми располагались комнаты прислуги. Большая часть комнат, а точнее 365 из 440, были снабжены каминами, дающими возможность автономного отопления. Увенчанная фонарем центральная лестница с двойной спиралью поднималась на все этажи до самой крыши. Эта лестница несомненно имеет отношение к проекту замка Леонардо да Винчи с его лестницей из четырех маршей, накладывающихся друг на друга, но нигде не пересекающихся. Очень возможно, что лестница Леонардо да Винчи и задумывалась для замка Шамбор, но впоследствии в процессе строительства была упрощена. Наверху лестницы расположена большая терраса, также имеющая непосредственное отношение к замыслу Леонардо да Винчи. Отсюда открывается великолепный вид на островерхую кровлю замка. Даже на расстоянии можно заметить, как вся верхняя часть замка взметнулась в небо своими люкарнами, украшенными в типично итальянском стиле пинаклями, фонариками, каминными трубами, орнаментированными колоннами, фронтонами, скульптурными саламандрами, узорами из кровельного сланца, напоминающими облицовку из итальянского полихромного мрамора. В центре кровли вытянулась самая высокая часть - фонарь, высотой 32 o метра, который венчает винтовую лестницу. Изначально этот фонарь был сквозным, витражи являются более поздним добавлением. Купол фонаря поддерживают выступающие сводчатые арки средневекового происхождения. Скульптурное убранство интерьеров замка, выполненное в 1525-1550 гг., явно тяготеет к итальянскому классическому искусству. Резьба капителей классического ордера обнаруживает, однако, типично французский вкус. Королевские апартаменты, для которых требовалось обширное пространство, не могли разместиться в жестко разграниченных равносторонних отсеках жилого корпуса, поэтому в 1526 году были построены два крыла, предназначавшиеся специально для апартаментов короля и капеллы. Это добавление, хотя и не предусмотренное в первоначальном проекте, прекрасно вписалось в общий ансамбль по стилю, замыслу и пропорциям уже существовавшего здания. Для разработки проекта был использован модуль, соответствующий каждой стороне жилого корпуса, модуль, увеличенный в три и в два раза, чтобы таким образом достигнуть необходимой ширины и глубины построек. Апартаменты короля, расположенные в северо-восточном углу, включали две дополнительные комнаты: огромный вытянутый зал, предназначавшийся для официальных приемов, освещенный чередой окон, похожих на окна некоторых залов дворца Фонтенбло, и другой, меньших размеров зал, в который можно было подняться по лестнице. Этот зал, служивший рабочим кабинетом, был выполнен в стиле итальянского Возрождения. Кессонированный потолок зала, с двух сторон освещаемого окнами, прорезанными в стенах, украшен скульптурными рельефами, воспроизводящими саламандру и букву Р - эмблему короля Франциска I. Капелла, расположенная в северо-западной части, также навеяна итальянским искусством, восходящим к античности: две парные колонны дорического ордера и фронтоны соединяются на верху большого свода, который в первоначальном проекте имел также кессонированную декорировку. План замка, строго симметрический, имеет символическое значение: жилой корпус с его идентичными апартаментами, предназначавшимися для дворцовой знати, был расположен между королевским крылом и крылом с молельней, то есть между властью земной - преходящей, и властью небесной - вечной. Другие аналогии возникают при внимательном изучении парка: деревья высоких строевых лесов символизируют собой французский народ, защищенный границами страны, представленными круглой крепостной стеной, длиной в 33 километра... Жизнь в замке протекала в основном на лестницах и в крестообразно расположенных залах. Чтобы подняться на тот или иной этаж, обитатели замка, кроме центральной лестницы, могли воспользоваться и другими винтовыми лестницами, построенными в угловых башнях. На нижнем этаже располагались туалетные и ванные комнаты. Франциск I бывал в Шамборе только наездами, приезжая туда вместе со своей второй супругой Элеонорой Габсбургской и своей фавориткой Анной д'Эйи. За исключением официальных встреч, он наведывался в замок только раз в два года на несколько недель охотничьего сезона. В распоряжении французской Короны было множество других замков, и перемещения короля и его двора были довольно частыми. В ту эпоху перевозили мебель и гобелены из одного замка в другой; гобелены служили в основном для обогрева апартаментов, остававшихся запертыми во время "мертвых сезонов". С особым размахом и пышностью прошло в Шамборе парадное торжество, организованное церемониймейстером - бароном Монморанси, в зиму 1539 года по случаю визита Карла V. Императорская свита, предваряемая юными девушками, разбрасывающими лепестки цветов, была в таком восхищении от замка и его интерьеров, что определила его как "синтез всего самого прекрасного, на что способен человеческий гений". Франциск I, чрезвычайно ценивший женскую красоту, приблизил к своему двору 27 девушек благородного происхождения, множество девушек украшало также и свиту королевы. Король утверждал, что "двор без женщин, как год без весны, а весна без роз". Однако осенью 1545 года он с грустью написал алмазом своего перстня на стекле окна: "Как часто женщины непостоянны, безумен тот, кто верит им...". После смерти короля двор переехал в Париж. Генрих II, сын Франциска I, продолжил работы в замке. Так, он занялся постройкой третьего этажа капеллы, а также других частей замка, которые приказал украсить своей монограммой. Именно в замке Шамбор в 1552 году был подписан договор, подтверждавший присоединение к французской Короне трех епископств - Меца, Туля и Вердена, которые ранее ей принадлежали. В 1559 году, после смерти Генриха II, в работах снова наступила остановка, хотя его вдова Екатерина Медичи иногда приезжала в замок вместе со своими детьми. Карл IX очень любил охоту; по этому поводу сохранилось множество историй, свидетельствующих о силе и ловкости короля как всадника и охотника. Рассказывали, например, что он преследовал оленя до его полного изнеможения, не спуская свору собак. Другой раз, проскакав без устали 10 часов и загнав пять лошадей, он так громко дунул в свой рог, что из того потекла кровь. После его смерти, наступившей в 1574 году, замок оставался не занятым в течение 50 лет, так как Генрих III и Генрих IV посещали его крайне редко. В 1626 году Людовик XIII уступил графство Блуа, куда входил и Шамбор, своему брату Гастону Орлеанскому. Этот дар проистекал не столько из родственных чувств, сколько из стремления привязать к себе брата, верность которого не всегда выдерживала испытания. Гастон Орлеанский, став хозяином замка, возобновил работы по его обновлению; рассказывают, что он любил играть со своей дочерью, будущей "Великой Мадемуазель", на центральной лестнице замка, поднимаясь и спускаясь по ее ступеням, тогда как малышка, бегая по другому витку лестницы, никак не могла его поймать. Позднее Шамбор был вновь присоединен к владениям французской Короны. Людовик XIV, посетивший замок всего девять раз, произвел там, однако, большие преобразования. Так, он не пожелал жить в старом крыле Франциска I, а разместился в новых апартаментах, возведенных перед замком. Начиная с 1680 года резиденцию обогатили новые залы второго этажа и роскошное внутреннее убранство, в это же время был оформлен новый монументальный вход, украшенный фронтоном. Окружавшая замок территория, покрытая дикорастущими травами и кустарником, была частично преобразована в парк. В 1669 году Мольер и Люлли создали здесь своего "Господина де Пурсоньяка". Они разыграли эту пьесу в замке перед королем еще до премьеры. В связи с недомоганием одного из актеров Люлли в последний момент дал согласие сыграть роль одного из врачей, чтобы не лишить суверена его любимого удовольствия. Однако, невзирая на бесспорный талант комика и обилие буффонадных сцен, Люлли заметил, что Людовик XIV не смеется; даже сцена с врачами не смогла развеселить короля. Тогда Люлли отважился на импровизацию: подойдя к краю сцены, он прыгнул на клавесин в оркестре, который разбился с огромным грохотом на тысячу мелких частей. Только после этого король разразился смехом и принялся аплодировать: отныне успех спектаклю был обеспечен. На следующий год в замке давали другую пьесу Мольера "Мещанин во дворянстве". Шамбор был также свидетелем зарождающейся страсти "Великой Мадемуазель" к Лозэну; Анна Мария Луиза Орлеанская сделала свой выбор, написав имя своего избранника кончиком пальца на зеркале. Людовик XIV, увлеченный военными проектами, не довел строительные работы до конца. В 1725 году Людовик XV отдал Шамбор своему тестю Станиславу Лещинскому, который возобновил строительство. Двадцать лет спустя замок перешел к маршалу Саксонскому, покорителю Праги, Фонтенуа, Рокура и Лоуфельда. Он ввел в замок волонтеров своего полка, состоявшего из поляков, венгров, турок и татар, одетых в блестящие униформы, и Шефскую роту мартиникцев на белых украинских лошадях. В 1750 году маршал, питавший слабость к прекрасному полу, умер при загадочных обстоятельствах; по официальной версии, это случилось от, якобы, запущенной простуды, однако ходили слухи, что любовная страсть, вспыхнувшая между маршалом и принцессой Конти, стала причиной того, что герой Рокура был сражен ударом шпаги принца. После его смерти в знак траура пушки замка стреляли каждые четверть часа в течение шести дней. Сменив многочисленных владельцев, замок попал под карающий меч Революции, когда он чуть не был разрушен; в 1793 году все его великолепное убранство было вывезено. Положение замка, уже бывшее критическим, не улучшилось во времена Наполеона, когда он перешел в руки маршала Бертье. Во времена правления герцога де Бордо.